Но мы - за прямую коммуникацию и уводящие в дебри поиски истины. Которые, увы, в значительной степени затрудняет cейчас адаптация на новой работе. Что ж... "Это низко. Но мне нужны деньги" /Badcomedian/
Я вас любил, любовь еще, быть может, В душе моей погасла не совсем... —
Мишель шепнул мне, что эти слова выражают ясно его чувства в настоящую минуту.
Но пусть она вас больше не тревожит, Я не хочу печалить вас ничем.
— О нет, — продолжал Лермонтов вполголоса, — пускай тревожит, это — вернейшее средство не быть забыту.
Я вас любил безмолвно, безнадежно, То робостью, то ревностью томим.
— Я не понимаю робости и безмолвия, — шептал он, — а безнадежность предоставляю женщинам.
Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам бог любимой быть другим!
— Это совсем надо переменить; естественно ли желать счастия любимой женщине, да еще с другим? Нет, пусть она будет несчастлива; я так понимаю любовь, что предпочел бы ее любовь — ее счастию; несчастлива через меня, это бы связало ее навек со мною! А ведь такие мелкие, сладкие натуры, как Л<опу>хин, чего доброго, и пожелали бы счастия своим предметам! А все-таки жаль, что я не написал эти стихи, только я бы их немного изменил. Впрочем, у Баратынского есть пьеса, которая мне еще больше нравится, она еще вернее обрисовывает мое прошедшее и настоящее. — И он начал декламировать:
Нет; обманула вас молва, По-прежнему я занят вами, И надо мной свои права Вы не утратили с годами. Другим курил я фимиам, Но вас носил в святыне сердца, Другим молился божествам, Но с беспокойством староверца!
— Вам, Михаил Юрьевич, нечего завидовать этим стихам, вы еще лучше выразились:
Так храм оставленный — все храм, Кумир поверженный — все бог!
СПРОС Спрашиваешь, почём леденцы? А глаза выкатил, как бубенцы. Так неуютно смотришь, будто нам ты не сын — и мы не отцы. Ох, не о том ты спрашиваешь! Прямо нас ошарашиваешь. Ждали — предложит, обнадёжит, скрасит... А ты не скрашиваешь.
Шире карман, детина! Цену придумай сам. Всё — как назначишь. Нам едино — сколько за килограмм.
Хоть леденцы, хоть весь каталог. Вдоль, поперёк и наискосок. Штучно ли, блочно, нам бы срочно сбыть за бесценок — и наутёк. Всё — почём зря, от неба до недр. Домна и шахта, пихта и кедр. Сеялка, мялка. Стройка. Свалка. Сколько не жалко за километр.
Лишнего брать не станем. Не пригодилось — что ж. Как только скинем, сразу канем. Скроемся, не найдёшь.
В угол такой, куда не пролезть. В самый глухой, какой ни на есть. В сумрак чащобы, где бы чтобы — радиосвязь, и ту не провесть. Мало ли что Москва говорит! У Москвы голова не болит. Нам присудила крюк и мыло. Так и тебя отблагодарит.
Мы — это ты, салага. Ровнею станешь нам. Та же в тебе созреет тяга к самым глухим углам.
В нас-то она — от наших отцов. Тоже хотелось им леденцов. Брали, где можно, осторожно. А где нельзя — ломали засов. Знали — почём, не знали — зачем. Не было формул и теорем. Вникнуть пытались. Просчитались. Что от руки, что на ЭВМ.
Гипотенуза, катет. Снова умножь, удвой. Тоже к итогу счётчик спятит. Даже новейший твой.
Ты — это мы. В совсем не ином веке, на фото, на выпускном. Тусклые лики, пятна, блики. Всё впереди, весна за окном. В ухе серьга, на зубе скоба. Те же ужимки и худоба. Тесно, свободно — лишь бы модно. Цены другие, та же судьба.
Глянув, поймёшь не тотчас — кто тут кому сыны. Все без чинов, без прав, без отчеств. Голодны, неумны. Молоды, зелены.
2022
Все безответственность бумеров отражена в этой песне. Ну и чем гордитесь?
"Выжить" не означает - жить. Это не одно и то же )
Ощущаю себя в острой фазе борьбы, и все же сейчас — только передышка, накопление сил, и самый пик еще впереди (как говорил Бэдкомедиан: желоб), нижняя точка синусоиды - пик сопротивления. И эта острая фаза долго еще продлится. Я не ощущаю и не предвижу впереди времени, когда бы она закончилась.
Я нашла свое истинное «я» при смерти, уже умирающим, оно еле дышит. Конечно, тут необходимы и психотерапия, и фарма. Отделить реальность от сна — бесконечная задача, как будто стоишь на конвейере и все время занимаешься этой работой. Образ бездыханного тела, утыканного иголками и капельницами — это, конечно, открытка от Демона. «Стоит ли оно таких сил и д е н е г?» - Привет!
Принимаешь какие-то — ну, скажем так — болезненные факты, окружаешь их собой, вокруг них возникает какая-то новая реальность. Но сколько можно жить в таком скособоченном мире?
Образ растерзанного зверька — гораздо раньше более бессовестными, более тупыми и более сильными хищниками — порождение злости, которую я испытываю.
Тексты фрагментарны, потому что фрагментарным получается мое «я». Повествовательность — это середина. Между верхом и низом есть эта серединная часть.
"Мы - два корабля, у каждого из которых своя цель и свой путь; мы, конечно, можем встретиться и отпраздновать нашу встречу, как сделали это некогда, - а тогда отважные корабли стояли так спокойно в одной гавани и под одним солнцем, что могло казаться, будто они уже у цели, и будто у них была одна цель. Но всемогущая сила нашей задачи разогнала нас снова в разные стороны, в разные моря и поясы, и, быть может, мы никогда больше не свидимся, - а быть может и свидимся, но уже не узнаем друг друга: разные моря и солнца изменили нас!"
Всегда ненавидела Толстого. Почему только одно только упоминание о муравьином сознании, даже само это выражение - "муравьиное сознание", сопровождается буэ-эффектом?